Акварель я не доставала шесть лет. Не бросила официально и не решила один раз и навсегда — просто каждый вечер находилось дело поважнее, и так шесть раз подряд, год за годом. Коробка с красками стояла на одной и той же полке шкафа, рядом с зимними сапогами не по размеру и старыми тетрадями на выброс.
За шесть лет я ни разу не пожалела об этом вслух. Пожалела один раз — на прошлой неделе, когда дочь вытащила ту самую коробку сама и спросила, почему краски такие сухие.
Родители часто бросают своё хобби с появлением детей — не решением, а молчаливым откладыванием на потом, которое незаметно растягивается на годы. У меня получилось именно так: не отказ от акварели, а бесконечная отсрочка после рождения ребёнка.
Обещание «как только будет полегче» я себе так и не выполнила
До дочери я рисовала по вторникам и субботам — не ради выставок, а потому что вечер без кисти в руке казался незаконченным. Небольшая компания с курсов акварели переписывалась в общем чате, там же продавали друг другу лишние тюбики и хвастались набросками. Однажды я даже продала две работы на весенней ярмарке — за смешные деньги, но диплом с той ярмарки до сих пор лежит в той же коробке.
Когда дочь родилась, я честно сказала себе: «Сейчас не время, но как только будет полегче — вернусь». Полегче не наступило ни через три месяца, ни через год. Каждый раз находился следующий рубеж, после которого якобы освободится время: когда перестанет просыпаться по ночам, когда пойдёт в сад, когда сама сможет одеться. Рубеж проходил, а на его месте появлялся новый — привычка откладывать оставалась той же.
Свободное время в итоге появилось. Акварель в нём не появилась
К пяти годам дочери свободное время у меня действительно нашлось — час-полтора вечером, пока она смотрит мультфильм или уже спит. По арифметике этого достаточно для десяти минут акварели два раза в неделю. На практике время уходило на всё, кроме этого.
Причины находились каждый вечер разные, а результат был один и тот же:
- Кисти давно рассохлись, а покупать новые ради того, чтобы «может быть» ими воспользоваться, казалось глупой тратой.
- Свободный час почти всегда хотелось потратить на сон, а не на хобби — и это был честный выбор, а не отговорка.
- Хотелось начать не с открытки, а «по-настоящему» — с большого листа и обдуманного замысла, а на такое сил вечером не находилось никогда.
- Было немного стыдно перед собой: рисовать хуже, чем шесть лет назад, не хотелось, а лучше сразу не получится.
Ни одна из этих причин по отдельности не была уважительной. Вместе они работали безотказно.
Дочь вытащила краски сама, а не я
На прошлой неделе дочь разбирала шкаф в поисках коробки от кукольного домика и наткнулась на палитру. «А что это?» — «Мамины краски». — «Почему они такие сухие и потрескались?» Вопрос был закономерный, и ответить на него честно оказалось сложнее, чем я думала.
Первым порывом было сказать «не сейчас» — привычка, отработанная за шесть лет. Вместо этого я села на пол рядом и минут десять просто рассказывала, как рисовала до неё: про курсы, про ярмарку, про диплом за две проданные картины. Дочь слушала внимательнее, чем я ожидала, а потом спросила: «А сейчас нарисуешь?»
У неё самой в этом возрасте интересы меняются едва ли не каждую неделю — то лепка, то настольные игры, то просьба записать на танцы после одного увиденного видео. Про то, как вообще отличить настоящий интерес ребёнка от вспышки на неделю и не мотаться с кружка на кружок, мы разбирали отдельно в статье о поиске хобби ребёнку. Моя история была ровно обратной: не искать, чем увлечь дочь, а вспомнить, чем когда-то была увлечена я сама.
Пятнадцать минут — тоже хобби, просто другое
Красками мы в тот вечер так и не порисовали — они пересохли настолько, что часть пришлось выбросить. Вместо большого возвращения получилось маленькое: на следующий день я купила лист акварельной бумаги и простой набор из шести кювет вместо тюбиков — с ними проще начать быстро, без разведения красок заранее.
Рисовать «по-настоящему», как раньше — вечерами по два-три часа, — с ребёнком в доме не получится ещё долго, и я перестала этого ждать. Вместо этого несколько раз в неделю выходит десять-пятнадцать минут: пока дочь доедает завтрак, я делаю быстрый набросок чашки на столе. Иногда рисуем рядом — она раскрашивает свой лист, я свой, и это не совместный мастер-класс, а просто два человека рисуют рядом друг с другом. По вечерам, когда мультфильм закончился, а укладывать ещё рано, рисование — один из самых простых способов провести время без экрана, но далеко не единственный: другие варианты на такой случай мы уже собирали отдельно.
Раньше на такой формат я бы даже не посмотрела — несерьёзно, не в счёт. Теперь пятнадцать минут два-три раза в неделю дают за месяц больше набросков, чем у меня было за весь последний год до этого.
Начинать необязательно с красок и специально купленной бумаги. Если под рукой ничего нет, а пустой лист пока пугает, проще стартовать с готовой инструкции — с дочкой мы до акварели просто клеили поделки из бумаги по шаблонам, и это тоже считается. А если совместное творческое время хочется без сборов по всей квартире, для первого раза подойдёт любой набор для творчества — начинать проще с готового, чем откладывать до подходящего момента.
Что я перестала себе обещать
Самое полезное, что произошло за эту неделю, — не то, что я снова взяла в руки кисть, а то, что я перестала повторять себе фразу «как только будет полегче». Полегче не наступает отдельным событием — жизнь с ребёнком просто идёт, и время внутри неё нужно выкраивать заранее, а не ждать, пока оно появится само.
Вернуться к своему хобби, оказывается, не значит вернуться в прежнем виде — с теми же двумя вечерами в неделю, тем же чатом единомышленников и той же скоростью роста мастерства. Оно может вернуться порциями по десять минут, без диплома с ярмарки и без больших планов на холст. Мне понадобилось шесть лет, чтобы это заметить, — не потому что я плохо справлялась с обещаниями, а потому что искала не ту форму, в которой хобби вообще способно существовать при маленьком ребёнке в доме.
Частые вопросы
Нормально ли, что своё хобби совсем не хочется возобновлять несколько лет подряд?
Да, это частая история у родителей маленьких детей: свободного времени физически мало, и то, что есть, обычно уходит на сон и бытовые дела, а не на увлечения. Стоит насторожиться в другом случае — когда пропадает желание вообще ко всему, не только к конкретному занятию.
С чего проще начать, если хобби заброшено много лет?
С формата короче и проще, чем был раньше, а не с попытки сразу вернуться к прежнему уровню и объёму. Десять-пятнадцать минут регулярно дают больше, чем редкий трёхчасовой вечер, который постоянно откладывается на потом.
Стоит ли делать хобби вместе с ребёнком, если раньше это было личным временем?
Не обязательно и не всегда — иногда важнее сохранить именно отдельное личное время. Но совместные пятнадцать минут — рабочий компромисс на те годы, когда отдельного времени взять объективно неоткуда.